Время от времени у каждого практикующего юриста возникает ситуация, когда аргументировать свою позицию лишь национальными законами и правовыми позициями судов высших инстанций оказывается недостаточно. В таких ситуациях на помощь законникам приходят положения наработанные Европейским судом по правам человека, но исходя из специфики сего международного учреждения, и этого не всегда бывает достаточно.
Речь в данной статье пойдет о применении правовых позиций и правовых выводов Европейского Суда Справедливости (оф. наз. Court of Justice of the Europian Union). Не стоит путать это учреждение с Европейским судом по правам человека, которое в отличие от последнего является судебной инстанцией исключительно Европейского Союза и призвана обеспечивать соблюдение прав и свобод во время трактовки и применения учредительных договоров Европейского Союза.
В первую очередь необходимо разобраться, что вообще можно использовать и на какие положения нормативных документов можно ссылаться для обоснования своей позиции в том или ином деле. Для этого стоит обратиться к национальному законодательству, которое определяет чем именно сторона процесса может подкрепить свои доводы и рассуждения.
Источники права которые суды используют для решения дела приведены в ст. 9 Конституции Украины, ст. 10 ЦПК Украины, ст. 7 КАС Украины, ст. 11 ХПК Украины, в Законе Украины «О международном частное право» и Законе Украины «Об исполнении решений и применение практики Европейского суда по правам человека».
Согласно положений приведенных нормативных актов, источниками права в Украине являются:
- Конституция Украины.
- Международные договора ратифицированные Верховной Радой Украины.
- Законы и подзаконные акты Украины.
- Акты органов местного самоуправления.
- Нормы права других государств (в случае определения этого в международном договоре, обязательность которого утверждена Верховной Радой Украины).
- Конвенция о защите прав человека и основных свобод, протоколы к ней и практика Европейского суда по правам человека.
- Обычаи.
Хоть вышеопределенные нормы позиционируют исключительность перечня источников права, многие исследователи приходят к выводу касательно условности данного списка. Так, приведенные источники можно дополнить, в первую очередь, решениями Конституционного суда Украины, которые являются обязательными на территории нашего государства, согласно положений Основного Закона. Кроме того, хоть Украина и относится к странам романно – германской правовой семьи, в наше время буквально каждое судебное решение подкрепляется правовой позицией Верховного Суда. Хоть в нашем действующем законодательстве определено, что позиции суда высшей инстанции не являются обязательными, но одновременно ч. 6 ст. 13 Закона Украины «О статусе судей и судоустройство» обязывает суды нижестоящих инстанций учитывать позиции обозначенные в судебных решениях Верховного Суда.
Что касается конкретно применения практики Европейского Суда Справедливости то в данном случае необходимо проанализировать разъяснения Высшего административного суда Украины обозначенные в письме №1601/11/10/14-14.
Как видно из данного письма, Высший административный суд критически относится к применению практики Европейского Суда Справедливости, поскольку такие решения являются обязательными лишь для стран членов Европейского союза, но в последнем абзаце письма указывается: «…одновременно, учитывая европейское направление развития Украины и цель принятия Закона Украины от 18 марта 2004 года №1629-IV «Об общегосударственной программе адаптации законодательства Украины к законодательству Европейского Союза», а также начало действия Соглашения об ассоциации между Украиной и Европейским Союзом, правовые позиции, сформулированные в решениях Европейского Суда Справедливости, могут учитываться административными судами как аргументация, рассуждения касательно гармоничной трактовки национального законодательства Украины согласно устоявшимся стандартам правовой системы Европейского Союза, однако не как правовая основа (источник права) урегулирования отношений, касательно которых возник спор».
Соглашением об ассоциации между Украиной, с одной стороны, и Европейским Союзом, Европейским Сообществом атомной энергетики и их государствами – членами, с другой стороны, а также Законом Украины «Об общегосударственной программе адаптации законодательства Украины к законодательству Европейского Союза» определена поэтапная адаптация национального законодательства Украины к законодательству ЕС, и отмечено, что должное внимание требуется уделять соответствующему прецедентному праву Европейского Суда.
Основополагающей нормой при определении характера прецедентов Европейского Суда Справедливости будет ст. 153 Соглашения об ассоциации, которая определяет, что при адаптации законодательства, в частности Директив ЕС, надлежащее внимание должно уделяться прецедентам Европейского Суда Справедливости. В соответствии со ст. 306 и 322 Соглашения, если в споре возникает вопрос касательно трактовки положения права ЕС, и Стороны не смогли решить его путем консультаций, создается арбитражная группа из представителей Сторон Соглашения, которая должна подать в Суд Европейского Союза прошение внести решение по этому вопросу.
Таким образом, Украина должна учитывать судебную практику Европейского Суда Справедливости, в том числе при трактовке Соглашения, а так же Директив и прочего законодательства ЕС, которые Украина обязалась имплементировать в свое законодательство.
Кроме того, еще одним доводом необходимости применения позиций Европейского Суда Справедливости в отдельном судебном споре может быть конституционно закрепленный принцип верховенства права. Данный принцип не стоит путать с принципом верховенства закона, верховенство права является более широким понятием по сравнению с верховенством национального законодательства в суверенной стране.
В Постановлении пленума Верховного Суда Украины от 01.11.1996 №9 «О применении Конституции Украины при осуществлении правосудия» указывается, что в соответствии со ст. 8 Конституции в Украине провозглашается и действует принцип верховенства права. Конституционные права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют цели и содержание законов и других нормативно-правовых актов, содержание и направленность органов законодательной и исполнительной властей, органов местного самоуправления и обеспечиваются защитой правосудия.
Для того что б доказать необходимость применения нужного вам решения Европейского Суда Справедливости через принцип верховенства права, нужно так же обратится к самому понятию «право». Право – это основанное на представлении о справедливости вид и мера прилежного поведения, которое устанавливается и охраняется государством. Следовательно, учитывая то, что суд выносит решения основываясь на внутреннем убеждении, а так же то, что среди источников права определенных процессуальными законами не существует норм которые будут обеспечивать правильный, справедливый и беспристрастный результат в том или ином деле, будет правильным и благовидным использование наработок ведущей демократической судебной инстанции, такой как Европейский Суд Справедливости.
Что касается непосредственного использования такой практики судами, следует отметить, что самой популярной является позиция в деле Yvonne van Duyn v. Home Office (Case 41/74 van Duyn v. Home Office). Применение именно этого решения обусловлено тем, что в нем четче всего и объемнее всего раскрывается понятие «правовой определенности» и понятие «обоснованные надежды». Из последних судебных споров данный прецедент использовал Верховный Суд в своем постановлении от 03.04.2018 по делу №818/399/17.
Кроме того следует отметить, что указанное решение применяется не только в административном судопроизводстве, как могло показаться из вышеприведенного письма Высшего административного суда Украины. Так, Высший хозяйственный суд Украины в постановлении от 07.07.2015 по делу №910/10444/14, пересматривая решения судов нижестоящих инстанций отметил, что суды верно обратили внимание на принцип юридической определенности описываемый в решении Суда ЕС по делу Yvonne van Duyn v. Home Office (Case 41/74 vаn Duyn v. Home Office), а именно: принцип юридической обоснованности означает, что заинтересованные лица должны иметь возможность возлагать надежды на обязательства, взятые государством, даже если такие обязательства находятся в законодательном акте, который в общем не имеет автоматического прямого действия. Такое действие обозначенного принципа связано с другим принципом, принципом ответственности государства, который означает, что государство не может ссылаться на собственное нарушение обязательств для ухода от ответственности. При этом, если государство или орган публичной власти одобрили определенную концепцию, такое государство или орган будут считаться такими, что действуют противоправно, если они отступят от такой политики или поведения, без заблаговременного уведомления про изменения в политике либо поведении, так как одобрение такой политики или поведения дало основания для возникновения обоснованных надежд у физических и юридических лиц касательно соблюдения государством или органом публичной власти определенной политики либо поведения.
Так же достаточно весомым и необходимым в применении является решение по делу Berlioz Investment Fund S.A. v. Directeur de l’administration des Contributions directes (Case C-682/15).
Обстоятельства дела в том, что в 2014 году налоговая служба Франции послала Люксембургской запрос, в котором обозначила, что ищет информацию касательно права французской акционерной компании Cofima SAS на освобождение от налогообложения дивидендов. В частности, налоговая Люксембурга прислала запрос компании Berlioz с требованием о разглашении информации. Berlioz частично разгласила информацию, но отказалась давать информацию касательно адресов и имен своих участников и размера их части в акционерном капитале компании. Позиция Berlioz лежала в том, что информация которую требовала раскрыть налоговая Люксембурга по требованию налоговой Франции не была «предсказуемо релевантной».
В свою очередь Европейский Суд Справедливости постановил, что правомерность информационного запроса зависит от того, является ли истребованная информация «предсказуемо релевантной» для целей проведения налоговой проверки, то есть такой, что отвечает мере соответствия полученного результата желаемому. Другими словами – удовлетворит ли ответ цель запроса, и будет ли уместен ответ в призме оснований, которые побудили сам запрос.
Данная позиция является достаточно основательной для правоприменения в Украине при общественных отношениях которые возникают в сфере налогообложения, а именно при налоговых проверках и запросах контролирующих органов.
Главой 8 НК Украины регулируются проверки деятельности субъектов хозяйствования касательно соблюдения налогового и таможенного законодательства. Перечень документов которые могут проверяться, в частности при документальной проверке, согласно НК Украины де-факто имеет всеобъемлющий характер. Так, это документы предусмотренные пп. 75.1.2 п. 75.1 ст. 75 НК Украины, ст. 83, 85 НК Украины. То есть фактически фискалы имеют право исследовать при проверке все документы которые прямо или посредственно относятся к налоговому или таможенному контролю. При таких обстоятельствах, часто бывают случаи когда инспектора истребуют документы, которые не соответствуют цели проверки, обосновывая это абстрактными нормами налогового законодательства.
Так же для примера можно привести п. 73.3 ст. 73 НК Украины, который предусматривает получение информации контролирующим органом путем отправления письменных запросов. Такие запросы должны иметь основания отправки, то есть цель которую преследует запрос в призме правовой позиции по делу Berlioz Investment Fund S.A. v. Directeur de l’administration des Contributions directes (Case C-682/15). В том случае, если такой запрос не будет иметь четкой и исчерпывающей цели отправки то в соответствии с абз. 5 п. 75.3 ст. 73 НК Украины налогоплательщик освобождается от обязательства предоставлять ответ на такой запрос. Но чаще всего контролирующий орган, даже при обоснованном отказе в предоставлении информации или документов, будет применять последующие действия в виде внеплановых проверок для получения необходимых им документов, либо информации.
Исходя из высшеизложенного, следует отметить, что как и при документальной проверке, так и при запросе на информацию позиция Европейского Суда Справделивости по делу Berlioz Investment Fund S.A. v. Directeur de l’administration des Contributions directes (Case C-682/15) будет дополнительным аргументов в случае обжалования действий контролирующего органа в суд.
Александр Щедров, юрисконсульт
июль,2018